Вы здесь

Воспоминания Борисова Гавриила Николаевича, заместителя на-чальника отдела юстиции Читинского облисполкома (с 03.07.1973 по 27.10.1986), участника Великой Отечественной войны.

РАБОТЫ МНЕ ВСЕГДА ХВАТАЛО

Фотография Борисова Родился я в 1924 году в Вологодской области. Климат у нас был суровый, хлеб рос плохо,  люди голодали. Когда мне исполнилось пять лет, семья наша переехала в Иркутскую область. Родители и старшие братья работали в колхозе. Незаметно подрос и я. Когда началась война, двух братьев сразу же забрали на фронт. Средний брат работал в милиции, а я уже окончил школу, и меня назначили бригадиром в колхоз.

Как только мне исполнилось 18 лет, призвали в армию. Привезли нас вдвоем с парнем-односельчанином на пересыльный пункт в город Иркутск, а через два месяца отправили учиться в пулеметно-минометное училище, что находилось на станции Дивизионная возле Улан-Удэ. Учиться нужно было три года. Нам же всю программу выдали за полгода. Тяжело было, кормили и одевали плохо. А потом нас отправили на фронт, в Спасдеминск Смоленской области.

Я попал в полк, где практически не было русских. Командиром  был грузин. В августе меня ранило. А было это так. Вечером началось наступление. Между нами и немцами простиралось поле. Его-то и надо было пересечь под огнем противника.  Пуля разорвала мне правое бедро. Вытащили меня из под обстрела два санитара, положили под кустом. Слышу, как один другому говорит: «Побежали за носилками, надо его дальше отнести, туда, где собирают раненых». А второй в ответ: «Сейчас немцы подойдут, чего его тащить». Я все слышал, в сознании был. У меня как у командира взвода была противотанковая граната, отцепил ее. Думаю, если немцы подойдут, то брошу. Но вскоре санитары вернулись и на носилках унесли в безопасное место. А ночью раненых, в том числе и меня, отправили в госпиталь. На второй день в переполненном госпитале хирург начал делать мне операцию прямо на улице. Благо, я в сознании был. Он предложил отрезать ногу. Первым делом пришла мысль, что в 18 лет одноногий буду, как дальше жить. И отказался. Врач обработал рану и ампутировать ногу не стал.

Так я и пошел дальше скитаться по госпиталям. В Вологде, в Калуге лежал, потом привезли меня в Петровский Завод Читинской области. Здесь полгода пробыл. Когда гипс сняли, думали, что нога срослась, а она у меня опять неправильно повернулась. Снова сделали операцию и  загипсовали. Затем меня перевели в Песчанку, где я начал поправляться. Позже направили в выздоравливающий батальон. Служил я вначале в Агинском, потом в Могойтуе. Это был уже 1945 год. В выздоравливающем батальоне солдатам особо расслабляться не позволяли. И как только перетружусь, нога распухала. Так было несколько раз. Вот меня и определили писарем роты.

8 августа ночью нас подняли, объявили, что началась война с Японией, и с полной выкладкой - в эшелон. Народу было много, в вагоне места не хватило, наш взвод до самого Хайлара ехал на крыше, боялись упасть. В Хайларе мы находились месяц, но я, как писарь роты, практически не воевал, а занимался хозяйскими делами. После окончания войны нас перевезли в Борзю, откуда был комиссован как инвалид войны.

В 1946 году я вернулся домой. В колхозе работать уже не хотелось. Узнал, что в Иркутске есть юридическая школа,  поехал туда. Тогда военнослужащих и участников войны без экзаменов принимали, меня сразу зачислили. Проучился два года. О том времени помню, что жили мы в общежитии по 15 человек в комнате. Занятий было много, иногда по семь пар. Среди студентов оказалось много способных и толковых ребят. Со мной вместе учился ставший потом известным в области человеком, «Заслуженным юристом РСФСР» Михаил Иванович Исаев.

После сдачи государственных экзаменов комиссия распределила нас по местам будущей работы. Тогда ведь было не так, как сейчас: куда хочешь, туда и идешь работать. К этому времени я уже был женатым человеком. Вместе с женой я по распределению поехал в Читу. Пришел на работу в областную прокуратуру. Прокурором области был Александр Михайлович Сатаров, он направил меня  в Красный Чикой.

Там нас встретили хорошо, сразу же комнатушку дали, притащили кровать, посуду и даже медвежонка подарили. Жену определили на работу в школу. Позже районного прокурора отправили в Свердловск, учиться на повышение квалификации, а меня назначили в качестве его помощника. Два года так проработал. Народ в поселке в основном был доброжелательный. Преступлений было мало. До сих пор удивляюсь - за два года совершилось всего одно серьезное преступление. Мужчина обокрал магазин. Видимо, совесть его заела, он собрал котомку и сам приехал ко мне. Думал, что его посадят, но его не посадили.

А тут в 1948 году Указ ПВС СССР от 5 июня вышел, направленный на борьбу с хищениями государственной и общественной собственности. Женщина, у нее пятеро ребятишек было, пошла на поле колоски собирать. Набрала полмешка. Ее поймали, милиция возбудила дело, в итоге осудили  на 5 лет ИТЛ. Да что там говорить! Не от хорошей жизни такое делалось. Жизнь в селе после войны была трудной.

Помню, райком партии послал меня в деревню на границе с Монголией собирать с населения деньги в счет займа государству. А денег-то у народа нет, зарплату не платили. Крестьяне из-за бедности даже продать что-либо в счет займа не имели возможности. Что делать? И собрать деньги не могу, и не выполнить задание партии не имею права. Тогда я пошел на хитрость, стал собирать подписи в счет будущей зарплаты, которая неизвестно когда будет, да и будет ли вообще. Дела пошли намного легче. Тут уже темнеть стало, ночевать мне негде. Председатель сельсовета позвал к себе. А у него дома даже хлеба не было, простоквашей меня накормили. Так три дня там и пробыл, выполняя партийное задание. Правда, вместо денег в райком целую папку расписок привез.

Как-то в Красный Чикой приехал областной прокурор Александр Михайлович Сатаров, обком партии отправил его провести конференцию. Ночевал он у меня, даже не знаю почему. Утром я его проводил до Петровского Завода. По поводу моего сбора денег ничего не сказал, прощаясь, лишь обронил фразу:  «Держись, прокурором будешь».

И через какое-то время меня, действительно,  направили в Хилок, прокурором района, где я проработал 7 лет. Здесь уже было два судебных участка, а у меня был помощник и два следователя. С судом у нас сразу же сложились хорошие взаимоотношения. Судьями тогда работали Н.Г. Астапенко и А.В. Завьялов. А вот начальник милиции, намного старше меня, прожженный человек, с закваской еще тридцатых годов, попытался оказать на меня давление, но вскоре я сумел поставить его на место.

В Хилке работы хватало. Были здесь и кражи, и убийства. Запомнил одно дело, когда муж с женой, ранее осужденные, совершили несколько краж и убили двух человек. Их судили в Железнодорожном  Доме культуры им. В.П. Чкалова, по 25 лет обоим дали.

В 1957 году меня перевели в Шилку. Здесь я проработал до 1970 года. Условия размещения в отличие от Хилка были стесненными. Прокуратура находилась в одном бараке с милицией и редакцией газеты. Жили дружно. И работали вместе, и праздники сообща справляли. На территории района, в поселке Первомайском, еще специальная прокуратура была. По службе мы никак не соприкасались, но, помню, пишущую машинку нам оттуда передали (у них снабжение лучше было).

В штате прокуратуры имелись помощники, два следователя,  секретарь, шофер, машинистка. В эти годы мой однокашник Михаил Иванович Исаев был уже заместителем областного прокурора. Не смотря на то, что мы были друзьями, за  работу спрашивал строго, разговаривал со мной без поблажек. Если, допустим, сроки были нарушены или следствие тянется ни шатко-ни валко, вызовет к себе на ковер, даст бумагу и ручку: «Пиши!». А после этого разбора я, тем не менее, у него дома ночевал (с гостиницами в Чите тогда было не густо).

Как-то в Шилку приезжала московская комиссия с проверкой моей работы. Проверяли жестко, с меня аж семь потов сошло. А на совещании в Чите в перерыве проверяющий подошел ко мне и говорит: «Я сказал прокурору области Николаю Николаевичу Тарнаеву,  чтобы Вам звезду на погон прибавили». Для меня это было полной неожиданностью. Были и другие проверки, например, из республиканской прокуратуры приезжали по вопросам криминалистики. И снова районная прокуратура отчиталась блестяще.

Потом прошло какое-то время. М.И. Исаев уже был назначен председателем Читинского областного суда. Как-то раз он приехал в Шилку вербовать к себе заместителем в суд. Долго не отпусками меня в райкоме партии, но, в конце концов, согласились. В Чите меня утвердили на должность заместителя председателя Читинского областного суда по уголовным делам. Сразу же квартиру дали.

Работы в суде было много. В судебной коллегии по уголовным делам трудились тогда пять человек. Это были прекрасные специалисты своего дела. Среди них Антонина Павловна Жукова, Петр Михайлович Натаров, Вера Ивановна Смирнова. Их имена вписаны золотыми буквами в историю областного суда. И наш требовательный руководитель Михаил Иванович Исаев любил рассматривать уголовные дела по первой инстанции. Надо сказать, это у него получалось отлично.

Два года я работал в этой должности. В это время шло формирование отдела юстиции Читинского облисполкома. Он располагался тут же, в конце коридора, по ул. Профсоюзная, 18, где размещался областной суд. Заместителем начальника отдела, курировавшим работу районных судов, был замечательный юрист Михаил Ильич Лузгин. По состоянию здоровья ему было трудно ездить в частые командировки. И когда к руководству отдела пришел хороший организатор Борис Аркадьевич Семенюк, мы с Михаилом Ильичом поменялись должностями.

Стиль работы здесь был другой, но мне быстро помогли освоиться. В 1975 году в Чите состоялось зональное совещание руководящих кадров юстиции и председателей областных судов с участием председателя Верховного Суда РСФСР А.К. Орлова и Министра юстиции РСФСР В.М. Блинова. Совещание прошло на высоком уровне. А через две недели пришел приказ: Б.А. Семенюку добавить 50 рублей к зарплате, мне - 25, а остальным - по 10 рублей. Потом начальника отдела отозвали на учебу в Москву с последующим назначением на другую должность. После него начальниками отдела работали Сергей Иванович Сидоров, Анатолий Васильевич Киселев, Борис Анатольевич Дорготовцев и Виктор Александрович Дмитриев. Подолгу никто не задерживался, поработают год два и уходят, а я был бессменным заместителем.

Основной моей обязанностью, помимо прочих, было осуществление контроля за работой районных народных судов. Понятное дело, что за качеством рассмотрения дел следил областной суд. А остальное, в том числе и соблюдение сроков рассмотрения дел, -  на наших плечах лежало. Много сил из-за нехватки юридических кадров отнимала процедура выборов народных судей. Особенно трудно стало после закрытия в Чите заочного филиала юридического факультета Иркутского госуниверситета. Учебу же судей, выявление и пропаганду передового опыта работы на местах, юридический всеобуч для населения и многое другое никто не отменял. Вместе с областным судом мы планировали работу на каждый квартал. Раз в месяц выезжали с ревизией в районные народные суды. Бытовые условия работы в районах желали быть лучшими. Денег на обеспечение судов выделялось совсем мало. Строительной группы у нас тогда не было. За те годы, что я работал в отделе юстиции, за счет бюджета нам удалось построить всего четыре новых здания суда: в Шелопугино, Чернышевске, Борзе и Могойтуе. Но даже этим мы очень гордились.

Отдел юстиции занимался не только судами. В его обязанности входило руководство работой нотариата и адвокатуры, мы курировали также работу юрисконсультов. За это направление работы отвечала Анна Петровна Жихарева.

Когда мне исполнилось 60 лет, я оставил работу в юстиции, которой посвятил 13 лет. Здоровье позволяло трудиться дальше. Некоторое время работал юрисконсультом во вневедомственной охране и областной библиотеке имени Пушкина, потом поступил в коллегию адвокатов и еще 17 лет оказывал юридическую помощь жителям Читинского района. Второй раз на пенсию вышел в 82 года. Имею ряд наград за боевые и трудовые успехи. Особо дорожу орденом Красной Звезды (его я получил еще на фронте за то, что сумел спасти жизнь своему командиру роты) и медалью «За трудовую доблесть» с письмом от Генерального прокурора СССР (я тогда работал прокурором в Шилке). Сейчас с высоты своих лет могу сказать с полной уверенностью, что жизнь прожил не зря.

 

 

(Воспоминания опубликованы вгазете «Суд правый» Управления Судебного департамента в Забайкальском крае № № 8-9 (118-119) август-сентябрь 2009 г.).

04 марта 2014 года
Нашли ошибку на сайте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Будет отправлен следующий текст:
Можете добавить свой комментарий (не обязательно).